Клод Адриан Гельвеций

Клод Адриан Гельвеции (1715 - 1751) - французский философ - материалист, один из идеологов революционной буржуазии. Книга «О человеке» вышла в 1773 г., уже после смерти автора. Опубликован впервые в 1762 г.

КЛОД АДРИАН ГЕЛЬВЕЦИЙ

Из книги «О человеке»

ГЛАВА VIII

о влиянии скуки на нравы народов

Чем может заниматься праздный богач в государстве, где богачи и вельможи не принимают участия в управлении государственными делами, где, как в Португалии, суеверие запрещает им мыслить? Любовью. Только заботы о любовнице могут заполнить ярким образом промежуток, отделяющий удовлетворенную потребность от вновь возникающей. Но что требуется для того, чтобы заботы, связанные с любовницей, стали занятием? Для этого нужно, чтобы любовь была окружена опасностями, чтобы бдительная ревность постоянно противилась желанию любовника, чтобы поэтому последний постоянно был занят вопросом о том, каким способом ее обмануть[1].

Таким образом, любовь и ревность являются в Португалии[2]единственным средством против скуки. Но какое влияние подобные средства должны оказывать на нравы нации? Так, в Италии скука изобрела чичисбеев.

Несомненно, скука некогда была причастна возникновению рыцарства. Древние храбрые рыцари не занимались ни науками, ни искусствами. Мода не позволяла им учиться, а происхождение - заниматься торговлей. Чем же мог тогда заниматься рыцарь? Любовью. Но если бы в тот момент, когда он признался в своей страсти своей возлюбленной, она - как это водится теперь, - разделяя его чувства, приняла бы его предложение, то они поженились бы, народили бы детей, и этим бы все кончилось. Ведь иметь ребенка - дело нетрудное. Супруг и супруга скучали бы часть своей жизни.

Поэтому, чтобы сохранить свои желания во всей их силе, чтобы занять свою молодость и удалить от нее скуку, рыцарь и его дама должны были войти в молчаливое и ненарушимое соглашение - обязаться один нападать, а другая обороняться столько - то времени. Любовь благодаря этому становилась занятной. И она была действительно занятием для рыцарей.

Влюбленный рыцарь должен был постоянно проявлять свою деятельность около своей дамы; чтобы завоевать ее, он должен был быть страстным в своих объяснениях, мужественным в битвах, он должен был выступать на турнирах в хорошем снаряжении и вооружении и обнаружить там умение ловко и сильно владеть копьем. Рыцарь проводил свою молодость в этих упражнениях, убивал время в этих занятиях; под конец он женился, и после церковного благословения романист о нем больше уже не говорил.

По-видимому, в старости прежние храбрые рыцари начинали, подобно некоторым из наших теперешних старых воинов, скучать и становились сами скучными, болтливыми и суеверными.

Требуется ли для нашего счастья, чтобы наши желания исполнялись тотчас же, как мы их почувствуем? Нет, за наслаждением требуется некоторое время гоняться. Если с утра наслаждаться ласками красивой женщины, то что делать остальную часть дня? Все тогда будет окрашено в цвета скуки. Если же я могу увидеть ее лишь вечером, то луч надежды и удовольствий окрасит в розовый цвет все мгновения моего дня. Молодой человек требует для себя гарема. Но как только он получит его, вскоре, истощенный наслаждением, он станет томиться от безделья и скуки.

Пойми, сказал бы я ему, всю нелепость своего желания. Посмотри на этих вельмож, государей, этих чрезвычайно богатых людей. Они обладают всем тем, чему ты завидуешь. Но есть ли смертные более скучающие, чем они? Они наслаждаются всем равнодушно, потому что они наслаждаются, не испытывая потребности.

Насколько различно наслаждение, испытываемое в лесу двумя людьми, из которых один охотится для забавы, а другой - для пропитания себя и своей семьи. Последний возвращается в свою хижину с дичью, его жена и дети бегут ему навстречу. На их лицах радость, он наслаждается всей той радостью, которую он им доставляет.

Потребность есть источник деятельности и счастья людей. Чтобы быть счастливым, нужно иметь желания и удовлетворять их с некоторым усилием, но, когда это усилие сделано, можно быть уверенным в наслаждении.

 

ГЛАВА IX

о том, что удовольствие приобретается с большим или меньшим трудом в зависимости от формы правления данной страны и от занимаемого поста

 В виде примера я возьму опять - таки наслаждение, доставляемое женщиной. В Англии любовь вовсе не есть занятие, но только удовольствие. Вельможа или богач, занятые в верхней или нижней палате общественными делами либо у себя дома своими торговыми делами, относятся к любви легко. Покончив со своей корреспонденцией и с делами, он отправляется к молодой девушке, чтобы наслаждаться ею, а не вздыхать. Какую роль в Лондоне могли бы играть чичисбеи? Почти столь же малую, как в Спарте или в Древнем Риме.

Даже во Франции, если министр имеет любовниц, то это находят вполне приличным. Но если он станет терять свое время около них, то над ним будут издеваться. Во Франции допустимо, чтобы он наслаждался женщинами, но не допустимо, чтобы он вздыхал. Поэтому дам просят относиться снисходительнее к печальному положению министра и быть по отношению к нему менее неуступчивыми.

Может быть, их вовсе не приходится упрекать в этом отношении. В них достаточно патриотизма, чтобы избавить его даже от скуки признания в любви; они понимают, что они должны всегда соразмерять свое сопротивление со степенью праздности любовника.

 

ГЛАВА X

какая любовница годится для праздного человека?

 Теперь мало придают значения платонической любви; ей предпочитают любовь физическую, которая в действительности не менее сильна. Когда олень испытывает физическую любовь, то забывает свою робость и становится смелым. Верный пес покидает своего хозяина и бегает за разгоряченной сукой. Разлучите его с ней - он перестанет есть; все его тело дрожит, он издает протяжный вой. Можно ли достигнуть большего в платонической любви? Нет, поэтому я предпочитаю физическую любовь. В пользу последней высказался и Бюффон*, и я думаю, подобно ему, что из всех видов любви это - наиболее приятная. Впрочем, исключение нужно сделать для праздных людей. Для этих последних кокетка - самая прелестная любовница. Она появляется в обществе, одетая самым легкомысленным образом, - это позволяет всем надеяться на то, что она разрешает лишь очень немногим. Тут праздный человек просыпается, его ревность пробуждается, он освобождается от скуки[3]. Праздным людям нужны поэтому кокетки, для занятых же людей подходят просто красивые девушки.

Добиваться расположения женщины, как и охотиться за дичью, приходится различно в зависимости от того, сколько времени желают на это потратить. Когда для охоты можно уделить лишь час или два - отправляешься без собак. Не знаешь, что делать со своим временем, и желаешь затянуть прогулку - тогда берешь с собой гончих, чтобы затравить ими дичь. Ловкая женщина заставляет праздного человека долго бегать за собой.

В Канаде роман дикаря короток. У него нет времени заниматься любовью: он должен ловить рыбу и охотиться. И вот он предлагает своей возлюбленной спичку: если она задула ее - он добился своего счастья. Попробуйте изобразить любовные похождения Мария и Цезаря, когда у них головы были заняты Суллой и Помпеем: либо такой роман был бы неправдоподобен, либо, как у дикаря, он был бы очень короток. Цезарю пришлось бы здесь повторять свое: пришел, увидел, победил.

Если, наоборот, вы станете изображать сельскую любовь праздных пастушков, то для них придется подобрать разборчивых, жестоких и особенно очень стыдливых возлюбленных. Без подобных возлюбленных Селадон* умер бы от скуки.

 

ГЛАВА XI

о различии романов и любви у праздного и занятого человека

 В различные эпохи приходилось добиваться успеха у женщин различными способами, этим объясняется такое множество различных описаний любви. Между тем сюжет их всегда один и тот же: соединение мужчины с женщиной.

Роман закончен, когда романист уложил их в одну постель.

Если этого рода произведения отличаются друг от друга, то лишь различными способами, которые применяет герой, чтобы уговорить свою возлюбленную благосклонно встретить эту фразу, выраженную несколько по - дикарски: я хочу спать с тобою.

Тон романов изменяется в зависимости от эпохи и формы правления, в условиях которой их пишут романисты, и от степени праздности их героев. У занятого народа любви придают мало значения. Любовь здесь непостоянна и столь же непродолжительна, как цветение роз. Пока любовник находится в стадии первого ухаживания и первых благосклонностей, это - розовый бутон. При первых наслаждениях бутон распускается и раскрывает родившуюся розу. При дальнейших наслаждениях последняя окончательно распускается. Когда роза достигла всей своей красоты, она начинает увядать. Ее лепестки опадают. Роза умирает, чтобы снова расцвести в следующем году, а любовь - чтобы возродиться с новой возлюбленной.

У праздного народа любовь становится делом, она более постоянна.

Какого только влияния не оказывает на нравы скука и праздность. По словам Ларошфуко, среди светских людей не встречается счастливых браков - это потому, что во Франции богатая женщина не знает, как проводить свое время. Скука преследует ее. Желая избавиться от нее, она берет любовника, входит в долги. Муж сердится, но его не слушают. Оба супруга озлобляются и начинают ненавидеть друг друга, потому что они праздны, скучают и несчастны. Иное дело - жена земледельца. Здесь супруги любят друг друга, потому что оба они заняты и полезны друг другу: жена трудится на птичьем дворе, кормит грудью детей, в то время как муж обрабатывает землю.

 

Гельвеции.

Соч.: В 2 т.

М., 1974. Т. 2. С. 388 - 393

 

Из «Записных книжек»

 - Прелести возлюбленной даже в ее отсутствие преследуют ваши глаза, ее голос звучит в ваших ушах, все питает любовь, чтобы она крепла и росла.

- Любовь - это дар небес, который требует, чтобы его лелеяли самые совершенные души и самое прекрасное воображение. Пылкие наслаждения усыпляются браком, дар небес утрачивается под влиянием грубого и безвкусного разврата, а выгода превращает его в товар. [...]

- Любовь ненасытна в наслаждениях, и ее желания занимают место сил. [...]

- Сущность любви заключается в том, чтобы никогда не быть счастливым. Ревность, тревога, потеря имущества; много сказано о хорошей и плохой стороне этой страсти. Чтобы быть счастливым, нужно знать любовь не страстную, а сладострастную...

- Любовь. Желания - это цветы любви, а наслаждения - ее плоды.

- Любовь нередко предпочитает креп ночи сверкающей вуали дня.

- Любовь в соответствии с различными характерами по - разному пылает. Во льве жгучее и кровожадное пламя выражается в рычании, в высокомерных душах - в пренебрежении, в нежных душах - в слезах и унынии.

- Говорят, что Адам откусил яблоко в том же месте, что и Ева, где осталась ее слюна. Это было начало, которое зажгло огонь вожделения в сердце человека, и поэтому - то губы и язык влюбленных так любят сближаться.

- На лице нашего кумира появилась морщина. Любовь содрогается и убегает, не смея оглянуться.

- Факел любви несет свой огонь в ледяные пещеры, куда уходят киты. Он проникает в глубь морей и приводит в движение их чудовищ, он проник в ледяной дворец Нептуна. Ярость, вооруженная у римлян мечами и шлемами, безбоязненно встретилась со смертью. Она презирает молнию, вылетающую из бронзовых стволов, которые заряжает убийство, она мечет красные стрелы. Радость пляшет у варваров под звуки нестройной музыки при свете звезд, как у нас под звуки Люлли и при свете факелов в тех волшебных залах, где искусство при помощи красок подбирает все стихии и собирает по очереди весь мир в узком пространстве, которое оно увеличивает на глазах. У Любви одни и те же восторги во всех странах, она наслаждается одним и тем же сладострастием, имеет одни и те же желания и хочет равным образом достигнуть обладания теми, кого она любит. Ревность, которая за ней следует и которая ведет за собой гнев - , имеет то же самое желание разделаться со своими соперниками. Во Франции она дерется на дуэли, где условия для соперников равны, в Италии она совершает убийство. Грусть во всех странах проливает слезы и лишь испускает вздохи различного звучания. Смелость повсюду слепа перед опасностью и не может отступить ни на шаг. Отчаяние везде мчится и с яростью бросается на смерть, различную в различных странах. [...]

- Тщетно хотели бы избежать любви. Мудрец бежит, а любовь летит.

- Любовь, даже счастливая, которая умножает наше бытие, умножает и наши печали. У нас два тела, чтобы принимать печаль, две души, чтобы принимать грусть, две жизни и т. д. (Описать.)

- Живая, ты была моей любовью, мертвая, я буду твоей фурией.

- Любовь еще более тонка, чем ревность.

- Одинаковое счастье - быть победителем или побежденным в битвах любви.

- У любви больше уловок, чем у Аргуса ' глаз. [...]

- У любви, как у розы, только один день.

- Страсти. Нет ничего более опасного, чем страсти, которыми разум управляет в запальчивости.

- Страсти - это пресмыкающиеся, когда они входят в сердце, и буйные драконы, когда они уже вошли в него.

- Страсти - как ядовитые травы. Только дозы делают их ядами или противоядиями.

- Огонь, который все разрушает, искусственно управляемый, породил множество чудес, так же как и страсти, руководимые разумом.

- Ветры колеблют землю, а страсти - душу мудреца, если они не опрокидывают ее.

- Страсти, которые порождают как добродетели, так и пороки, подобны пище. Источник жизни есть источник смерти.

- Желание погасить одну страсть при помощи другой - это не что иное, как желание перенести костер из одного места в другое.

- Искра в страстях сопровождается пожаром.

- Слабость, пренебрегающая страстями, укрепляет себя. Песчинки образуют горы. Их следует избегать. [...]

- Мало - помалу мы превозмогаем себя и разрушаем наши страсти. Тщетно мы будем пытаться погасить их сразу. Давайте подражать временам года. Холод постепенно прогоняет тепло, и плоды постепенно заставляют падать цветы. Но в нашем климате не видно, чтобы лето, которое управляло нами при помощи мгновенно исчезающего огненного спектра, сменялось зимой, восседающей на ледяном троне и дышащей снегом, а изморозь покрывала землю, еще горячую от летнего зноя. Не видно также, как тутовая ягода появляется на месте цветка, который падает. [...]

- Мудрец защищает себя от приближения страстей, но не может их задержать в их движении. Человек может защитить себя от приближения к пропасти, но не может остановиться, когда падает в пропасть.

 

Гельвеций Клод Адриан.

Соч.: В 2 т.

М., 1973. Т. 1. С. 87, 135 - 137



[1] В Спарте законодательным путем хотели добиться в этом отношении тех же результатов, к каким приводит ревность в Португалии. Ликург постановил, чтобы мужья жили отдельно от жен и встречались с ними лишь тайком, в укромных местах и лесах. Он понимал, что трудность встречи усиливает их любовь, упрочивает узы брака и придает обоим супругам активность, избавляющую их от скуки.

[2] Нет более яростной, более жестокой и в то же время более развратной ревности, чем ревность женщин Востока. Я приведу в этой связи в переводе отрывок из одного персидского поэта. Какая - то султанша приказывает раздеть перед собой молодого раба, которого она любит и считает ей неверным. Он простерт у ее ног, она набрасывается на него.

«Против твоего желания, - говорит она ему, - я наслаждаюсь еще твоей красотой, но все же я наслаждаюсь ею. Глаза твои уже увлажнились слезами наслаждений, твои уста полуоткрыты, ты умираешь. Неужто в последний раз я прижимаю тебя к своей груди? Избыток опьянения уже уничтожил в моей памяти твою неверность. Я вся - чувственность. Все способности моей души покидают меня и тонут в наслаждении, я - само наслаждение.

Но какая мысль следует за этой восхитительной мечтой? Что тебя будет ласкать моя соперница! Нет, это тело попадет в ее объятия только обезображенным. Кто может меня удержать? Ты наг и беззащитен. Обезоружит ли меня твоя красота? Я еще краснею от сладострастия, рассматривая округлости этого тела... Но моя ярость разгорается вновь. Я охвачена уже не любовью, не наслаждением. Мщение и ревность растерзают тебя бичами. Страх удалит тебя от моей соперницы и вернет тебя ко мне. Обладать тобой такой ценой, разумеется, нелестно ни для тщеславия, ни для любви; неважно, это будет лестно для моей чувственности.

Моя соперница умрет вдали от тебя, а я умру в твоих объятиях».

[3] Самая сильная страсть кокетки - это быть предметом обожания. Как достигнуть этого? Всегда возбуждать желания мужчин и почти никогда не удовлетворять их. Женщина, говорит поговорка, - это хорошо накрытый стол, на который смотришь по - раяному до обеда и после него.